Мои записки

Вечер в кафе

А я же рассказывал вам про здание, в котором расположено кафе? Нет? Прошу пардону — моя ошибка. Так вот: расположено оно в одном из старейших районов города. По сути, примерно отсюда в средние века и начал развиваться Кишинёв. Так уж случилось, что где-то здесь пересекалось несколько торговых путей. И, понятное дело, что в таком месте не мог не образоваться рынок. Cо временем неподалёку от него поселились ремесленники, которым было удобно жить и работать вблизи рынка. Кафе находится прямо на развилке, где заканчивается нынешняя улица Эминеску (с 1834 по 1924 год — Михайловская, в честь святого архангела Михаила) и делится надвое — на Синагоговскую и Теобашевскую, ныне — Бэлць и Влэхуцэ соответственно. Вот эта самая вилка и опоясывает средневековую часть города. Длинное, изогнутое строение, берёт начало ещё с улицы Иринопольской, что проходит кварталом ниже. Из-за этого люди, желающие посетить нас, часто не могут найти вход. На одном из рассыпающихся крылец дома сохранилась надпись: «1878». Да, ещё немного, и ему стукнет 140 лет. Во время второй мировой Иринопольская входила в периметр еврейского гетто, в котором за колючей проволокой содержалось более десяти тысяч евреев. На момент освобождения тут их осталось всего шестеро живых… Пожилые люди, детство которых прошло в этом районе, говорят, что здесь, в квартире номер 17, где теперь находится наше кафе, во времена их  детства жил старый шойхет. То есть — резник, человек, который совершал ритуальное убийство птицы для еды в соответствии с требованиями кашрута. Это человек, прошедший специальную подготовку и имеющий соответствующий документ. А на деле, по рассказам, это был дедушка, день деньской сидящий на маленьком стульчике на крыльце своей квартиры и ждущий, когда евреи, возвращающиеся домой с центрального рынка, за скромную плату попросят его совершить шхиту — священный ритуал забоя птицы с должным уважением и состраданием. Вот так-то: когда-то здесь жил человек, который также имел непосредственное отношение к кулинарии. Так что, мы с удовольствием продолжаем установившиеся десятилетиями традиции.

Надо сказать, что здесь и в самом деле чувствуешь себя не как в заведении общественного питания, а как дома у близких друзей. Когда я впервые вошёл в это помещение, оно как будто попросило меня остаться. И я остался. Здесь тепло, уютно и комфортно. Вот и сейчас я смотрю в окно на редкий снежок, на  отсветы автомобильных огней на стекле, пью терпкое и сладкое вино, закусывая сыром и переполняюсь чувством умиротворения. С кухни донёсся какой-то стук. Пойду, гляну что там.

На столе одиноко лежит синяя пробка от растительного масла. Сама бутылка стоит на полке двумя метрами выше и чуть в глубине. Как оттуда могла упасть пробка и не соскочить дальше на пол — не знаю. Да и не так уж и важно. Верну её на место и всё. Я же не задумываюсь о том, что за силуэты мелькают изредка в дверях или о том, что за звуки доносятся с кухни прямо сейчас, когда я сижу в зале за столиком и пишу эти слова 🙂

0 0 голоса
Рейтинг статьи
Подписаться
Уведомить о
guest

0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии